Пошел в магазин — пропал. Отправилась за грибами — второй день не возвращается. Уехал на заработки — место нахождения неизвестно. С такими заявлениями милиции приходится работать каждый день. В год в стране пропадают до 10.000 человек. Правда, большинство из них находят. Но чтобы успеть, найти, спасти, ежедневно сотни человек прочесывают лесные чащи и болота, проверяют адреса, расклеивают поисковые листовки. Как найти близкого, если он вдруг потерялся?

Добрушский лес. Темнеет. Где–то там в буреломах 83–летний грибник. Он исчез, отправившись за ранними лисичками. Не вышел из чащи к машине с родственниками. Сначала искали сами. Только в восемь вечера сын позвонил в милицию. 15 милиционеров цепью прочесывают лес. Собака пытается взять след, но теряет его среди болот. На следующий день снова поиски. Служебный автомобиль ездит по извилистым лесным дорогам. Ревет сирена, призывы через мегафон — нет результата. Только на исходе третьего дня поисковики услышали слабый отклик на их призывы. Старика обнаружили на краю болота, сидящим на поваленном дереве. Передвигаться самостоятельно истощенный человек не мог. К машине милиционеры несли его на носилках. Доставили в больницу. Тема поиска людей хорошо известна старшему оперуполномоченному по особо важным делам главного управления уголовного розыска криминальной милиции МВД Беларуси Сергею Кулешову: — Были годы, когда количество заявлений о пропаже достигало 15.000. За прошлый год — 8.619 таких заявлений. Примерно 97 процентов пропавших мы находим в течение первых 10 суток. Подавляющее большинство — живыми. Те, кто гибнет, чаще всего на момент начала поисков уже мертвы. Если вы чувствуете неладное, очень важно не затягивать обращение в милицию. Чем раньше начнем искать, тем больше шансов.

Спасение пенсионера, который три дня бродил по лесу в Добрушском районе. Фото Добрушского РОВД Если через 10 суток человек не найден, информация передается в Следственный комитет, там возбуждают уголовное дело о безвестном исчезновении гражданина. Это примерно 3 процента из всех разыскиваемых. Типичный портрет таких исчезнувших — мужчина 30 — 40 лет, который отправился на заработки в Россию. Там столкнулся с финансовыми трудностями, потерял документы, нет денег вернуться домой, живет в подворотне. В списке розыска немало курьезных историй, когда десятки специалистов были подняты по тревоге, а потерявшиеся себя таковыми не считали. Например, в Минске взрослая дочь искала своего исчезнувшего отца–таксиста: тот неделю не появлялся дома, мобильный телефон был недоступен. Проверялись знакомые, возможные адреса нахождения.

По одному из них он и жил — у своей новой знакомой. Из лучших побуждений милиционеры прервали медовый месяц. Куда серьезнее история произошла в белорусско–российском приграничье. Две несовершеннолетние девчонки поехали на велосипедах из могилевской деревни к парням на Брянщину. Одна вечером вернулась к родителям, а вторая — нет. Чтобы прочесать ночной лес, на ноги были подняты милиционеры, лесники, пожарные, местные жители. Искали двое суток. Думали о самом плохом. Все обошлось. Голодную, замерзшую велосипедистку нашли: решила срезать путь — заблудилась в лесу. В стране сегодня действуют два крупных волонтерских поисково–спасательных отряда: минский «Ангел» и гомельский «Симуран». Они работают по принципу: пропал человек, просит милиция помочь — выезжают. Постоянный состав — 15 — 16 волонтеров. Идут не все. К их отбору свои требования. Поисковик, во–первых, должен сам не потеряться, не упасть в яму. Во–вторых, внимательно и методично прочесать территорию. От его навыков, а иногда и интуиции зависит жизнь пропавшего. Сломанная ветка, тряпка, след могут стать зацепкой для спасения.

В лесу ищут цепью или, расходясь из точки, кольцом. Используют рации, GPS–навигаторы и даже миниатюрный геликоптер, который передает видеокартинку местности с высокой точки. В городе отрабатывают места вероятного исчезновения не только «ногами». Расклеивают объявления «Внимание, пропал человек». Сейчас огромную роль играет интернет, рассказывает руководитель гомельского поисково–спасательного отряда «Симуран» Алексей Синегрибов: — У нас популярная страничка в соцсетях. Мы оперативно вывешиваем фотографии и описания разыскиваемых. Перепосты, лайки, оценки — все это может привести к случайному свидетелю, который укажет путь поиска. Люди сейчас живут в айфонах и планшетах. Выскочило в ленте фото, поднял голову, узнал, сообщил. Интернет позволяет оперативно передавать информацию российским поисковым отрядам, с которыми мы сотрудничаем. Они помогают находить потерявшихся гастарбайтеров. Недавний случай. 12–летний мальчик в Гомеле ушел из дому. Бабушка не находила себе места — внук исчез. Потом окажется — паренек решил поиграть в Тома Сойера: купить продукты и пожить в лесу.

Пользователи соцсетей устроили в хорошем смысле охоту за беглецом. Сообщали симурановцам, где видели подростка, те, в свою очередь, держали в курсе милицию. Буквально за сутки неудавшийся Том Сойер был возвращен бабушке. Самое тяжелое в поиске, признаются поисковики, — трагический исход. Неизвестно, каким будет результат. Например, двух маленьких девочек–сестер, пропавших летом 2014 в лесу Ветковского района, искали 11 часов. Надежда постепенно угасала, но надо было найти хотя бы тела. Их и обнаружили. Милиция и волонтеры в один голос твердят: будьте внимательнее к своей жизни. Предупреждайте родных, куда отправились, имейте при себе мобильный телефон, не теряйте надежды — вас всегда будут искать, при возникших проблемах с деньгами и документами обращайтесь в милицию. Справка «СБ» Необычный случай был зафиксирован в Хойникском районе в 2007 году. Там был обнаружен человек со «стертой» памятью. Его нашли на границе с зоной отчуждения и отселения. Документов при себе не имел. Ни назвать имя, ни вспомнить, как здесь оказался, он не смог. Местные врачи признали: случай уникальный. Физически пациент здоров. В реальных событиях ориентируется хорошо, знает, в какой стране оказался. Не забыл школьный курс географии и истории, читает, умеет работать на компьютере. В целом нормальный человек. Но вот о себе не может вспомнить ничего. Имена родных, близких, моменты юности и то, что с ним происходило, — все начисто стерто. Спустя полгода по фотографии его опознали мать и отец из Москвы. Потерявшим память оказался исчезнувший на работе московский милиционер. Его забрали домой. Но родителей он так и не узнал.

Источник: СБ