07.04.2018     0
 

История Беларуси до «нашей» эры


Пора вытеснить националистов из тех исторических эпох, которые они привыкли считать своими, — Древней Руси и Великого княжества Литовского.

История Беларуси

25 марта оппозиция в Минске отметила столетний юбилей БНР, а спустя всего лишь одну неделю состоялось другое памятное событие. 2 апреля был День единения народов России и Беларуси. Напомним, в этот день 22 года назад наши страны подписали договор, предшествующий созданию Союзного государства.

Понятно, что за каждой из дат стоит не просто отдельное событие. Речь идёт о разных концепциях государственного развития, противоположных версиях всей истории в целом. И если в политическом плане националисты не имеют (пока что) шансов на победу, то в истории им удалось отвоевать целые эпохи, в которых они чувствуют себя достаточно комфортно.

Да, у нас есть союзная культура, общая Победа в Великой Отечественной войне, совместное прошлое, взаимовыгодное сотрудничество и много чего другого. Однако идею БНР тоже не стоит сводить только лишь к эпизоду весны 1918 года, когда наивные деятели национального движения понадеялись на солдатский сапог германского оккупанта. У «змагаров» есть глубокая историческая мифология.

У них и древний герб «Погоня», и многовековая русофобия, и героическая победа над Москвой в битве под Оршей 8 сентября 1514 года (вот ещё одна праздничная дата в календаре националиста).

В итоге мы как бы делим историю Беларуси. Для каждой из сторон есть «наша» эра и «чужая». Их данная ситуация вполне устраивает. Ведь националистический проект подпитывается конфликтом, противостояние разных версий истории — это его «топливо», на котором у него есть шанс въехать в будущее.

История Беларуси

Всадник с герба «Погоня» рубит голову Георгию Победоносцу, который символизирует Россию. Творчество белорусских националистов.

Напротив, мы заинтересованы в «бесшовной» истории. Чтобы одна эпоха логично перетекала в следующую. Чтобы белорусский профессор, который занимается, например, историей Великого княжества Литовского, не был политическим оппонентом учёного, который пишет про эпоху Российской империи. Поэтому нам нужна активная экспансия в те эпохи, которые националисты уже привыкли считать своими.

История Беларуси

Рада БНР выдумывала границы не на пустом месте, а на основе реально существовавшего государства — ВКЛ в составе Речи Посполитой, только без, собственно, исторической Литвы. Таким образом, истоки национального мифа находятся не в начале XX века, а в предыдущей эпохе.

Земля Роговолтовичей

Читая древнейшую историю Беларуси в школьном учебнике за 6-й класс, может сложиться впечатление о намеренной самоизоляции от богатейшего на политические события наследства Древней Руси.

Там нет Вещего Олега, прибивающего щит к воротам Царьграда. Нет поучительной истории о жадном князе Игоре, которого древляне казнили за попытку повторного сбора дани. Нет жестокой, но справедливой Ольги — нашей первой православной святой. Нет Святослава — воина и авантюриста, быстрого и смелого, словно пардус (гепард), как о нём говорит летопись. Школьный курс истории Древней Руси, в которой Руси и нет вовсе, является полной профанацией. Такая история ни о чём и ни для кого.

Конечно, нужен акцент на изучении родного края. Однако история — это не только краеведение. Нет никакого смысла отказываться от великого прошлого, вписанного в мировой контекст. Опасения, что Беларусь растворится в огромном море русской истории, просто смешны. Наоборот, она прирастёт ею.

История Беларуси

Слова о единстве народов (которые, кстати, вписаны в учебник!) необходимо наполнить реальным содержанием — варяжскими походами, местью «неразумным хазарам», Святым Крещением и другими событиями из истории Древней Руси.

А краеведение не пропадёт. Тем более что есть достаточно оснований говорить о своеобразности, даже политической обособленности Беларуси уже с тех древних времён.

Хорошо известна летописная история о том, как Рогнеда, дочь полоцкого князя Роговолта, отказала сватавшемуся к ней Владимиру, да ещё и унизила его, назвав сыном рабыни. Для семьи Рогнеды это закончилось очень плохо. Владимир сжёг Полоцк, изнасиловал Рогнеду, убил её отца и братьев.

Однако у истории есть продолжение. Спустя девять лет Рогнеда совершила неудачную попытку зарезать мужа во сне. Взбешённый Владимир уже собирался убить её, как на крики прибежал их малолетний сын Изяслав, который вступился за мать с мечом в руках. Князь не смог зарубить жену прямо на глазах сына и по совету бояр восстановил отчину Роговолта, куда и отправил Рогнеду с Изяславом. В итоге Изяслав стал родоначальником династии полоцких князей, которые демонстративно называли себя Роговолтовичами (по отцу Рогнеды), а не Рюриковичами (по Владимиру).

История Беларуси

Рогнеда с Изяславом восстановили разрушенный Полоцк, который оставался одним из крупнейших городов Руси на протяжении всего Средневековья. Судя по данным археологии, размер древнего Полоцка составлял 180 гектаров. Для сравнения: площадь тогдашнего Киева составляла 380 га, Новгорода — 250 га.

Белорусский характер

Интересно, что Роговолтовичи никогда не претендовали на чужие княжеские престолы. Для Рюриковичей, наоборот, это было нормой. Один князь мог последовательно побывать ростовским, смоленским, черниговским, переяславским и киевским правителем (в данном случае перечислены этапы политической карьеры Владимира Мономаха). Роговолтовичи, напротив, упрямо держались за своё.

Единственным князем Полоцка, который на некоторое время сел править в другом месте (причём в столице), оказался Всеслав Брячиславович. История этого княжения довольно забавна. Всеслав Полоцкий упорно воевал против детей Ярослава Мудрого, не желая подчиниться так называемому триумвирату Ярославичей. В этой борьбе он использовал всю совокупность тактических наработок и способов партизанской войны против заведомо превосходящих сил противника.

Всеслав носился от города к городу, громил вражеские заслоны, терпел поражения, собирал новые армии, а в целом имел славу чародея и оборотня. Вот как его описывает «Слово о полку Игореве»:

А сам в ночи воином рыскал;

До петухов он из Киева успевал к Тьмуторокани,

К Херсоню великому волком он путь перерыскивал.

Ему в Полоцке к заутрени зазвонили

В колокола у святыя Софии,

А он в Киеве звон слышал!

История Беларуси

Образ полоцкого князя послужил прототипом для былинного персонажа Волхва Всеславича, который будто бы мог оборачиваться ясным соколом, серым волком и гнедым туром с золотыми рогами.

В конце концов Ярославичи пленили мятежного князя и заточили в тюрьму без дверей, которую специально построили вокруг узника. В прорубе Всеслав просидел 14 месяцев. Тем временем князья провалили поход против половцев, оставили столицу беззащитной перед кочевниками и отказались раздать горожанам оружие. Т. е. показали себя плохими правителями. Восставшие киевляне свергли власть, освободили Всеслава из заточения и назначили его великим князем.

История Беларуси

Киевский майдан 1068 года. Восставшие рубят проруб, в котором заточён Всеслав Брячиславович.

Однако в целом предки белорусов старались не вмешиваться в чужие дела, не позволяя этого делать и соседям по отношению к себе. Похоже, что уже тогда проявились особенности национального характера, что и не удивительно. Ведь привычки и ценности народа формируются не просто так, а на основе многих существенных факторов — климата, географии, ландшафта.

Феномен литовской экспансии

Спокойное течение белорусской истории не означает, что в этом регионе не происходило ничего важного. Именно здесь начался грандиозный процесс собирания раздробленных русских княжеств в одно государство, который возглавила Литва. Таким образом, на Руси сформировались два конкурирующих между собой центра политической консолидации — Великое княжество Московское и Великое княжество Литовское.

Почему именно Литва? Почему не какое-то русское княжество, например, Полоцкое, Новгородское, Смоленское или Черниговское? Школьный учебник («История Беларуси 7 класс») ответа на этот вопрос, к сожалению, не даёт. Его авторы зацикливаются на другой идее. Красной линией протянута мысль, что аннексия носила в основном добровольный характер. Вот, буквальная цитата:

«Иногда местные жители, видя в литовских правителях надёжную защиту от внешних врагов, сами приглашали их к себе на княжение. При этом с приглашёнными князьями могли заключаться специальные договоры, гарантирующие населению белорусских земель сохранение давних порядков».

Или вот ещё одна, из той же главы:

«Население белорусских земель, обретя надёжную защиту от внешнего врага, сохраняло привычный образ жизни, традиции и веру предков. Во внутренние дела восточнославянских княжеств верховная власть ВКЛ практически не вмешивалась».

Вместо того чтобы доказывать полюбовный характер союза завоевателей и покорённых (который таковым был далеко не всегда), учебнику стоило остановиться на феномене взрывной экспансии Литвы. В мировой истории такое явление повторялось множество раз. Так, на границе большой, богатой, но уже слабеющей империи, которая переживает период политического упадка, формируется небольшая, очень пассионарная община варваров.

Это было с хунну и маньчжурами на границе с Китаем, с готами под боком у Римской империи, западными славянами, заполонившими европейскую часть Византии, или скифами, которым в своё время посчастливилось покорить Междуречье, Сирию и Палестину. Такая же история случилась и с литовскими племенами на границе огромной древнерусской державы.

Поначалу они платили дань империи, тут стояли торговые фактории, местное население постепенно приобщалось к цивилизации. А потом варварам благодаря удаче, дерзости и смелости удавалось завладеть чужим наследством. Естественно, при этом они пользовались культурой, письмом, законодательством побеждённых народов, потому что своих не имели. Литовцы в этом отношении ничем не отличались, например, от германских племён, которые построили варварские королевства на фундаменте Римской империи.

Характерно, что центром молодой государственности литовцев стала не их историческая родина, а приграничная полоса — место наиболее активного культурного влияния со стороны более развитого соседа.

Давайте глянем на карту поэтапной экспансии ВКЛ:

История Беларуси

Как видно, изначальная территория ВКЛ — это не Литва, а Чёрная Русь. Конкретно, маленькое княжество со столицей в Новогрудке. Сейчас это райцентр Гродненской области. Именно Новогрудок в 1240-х гг., воспользовавшись монгольским вторжением и ослаблением Руси, захватил один из вождей литовских варваров по имени Миндовг. Здесь, на русских землях приграничья, он создал своё государство. И только потом преемники Миндовга начали внешнюю экспансию, параллельно завоёвывая и родные литовские земли, и русские.

История Беларуси

Князь Гедимин руководит строительством Вильно (т. е. Вильнюса), 20-е годы XIV столетия. Только тогда столица ВКЛ переехала в литовские земли.

Водоворот русской истории

Итак, у Литвы появился шанс опередить Москву в качестве главного центра консолидации всех русских земель. При этом у литовцев была хорошая фора — Москва долгое время могла действовать только с оглядкой на Золотую Орду, а потому весьма неспешно наращивала своё влияние. Литва, во-первых, начала экспансию на несколько десятилетий раньше, а во-вторых, опережала её по динамике.

Однако в серии войн XV–XVI вв. оказалось, что ВКЛ не хватает внутренней прочности. Собственно, что такое война. Это экстремальное течение исторического процесса, которое служит проверкой прочности связей в структуре «государство — элита — народ». Литва не выдержала этой проверки. Так, в ходе одной из войн от ВКЛ отвалилось 30% территории — православные князья просто ушли вместе со своими вотчинами в Москву.

Националистический миф пытается представить ВКЛ как общество уникальной толерантности в национальной и религиозной сфере. Католики, православные, протестанты — все они долгое время спокойно уживались друг с другом. В глазах нынешнего историка это так современно, так не похоже на то, что творилось в странах средневековой Европы. Такой прекрасный пример для учебника, как мудро и мирно жили предки нынешних белорусов и литовцев. Хотя, опять же, всё это не более чем миф.

История Беларуси

Битва под Вилькомиром, 1435 г. Ключевой эпизод гражданской войны между православными и католическими князьями ВКЛ, которая закончилась разгромом православной оппозиции.

Другой вопрос, что без всякой толерантности у Литвы был шанс стать единой и прочной державой, если бы её правители-язычники, выбирая между разными ветвями христианства, приняли православие. Литовский историк Эдвардас Гудавичюс в книге «История Литвы с древнейших времён до 1569 года» очень точно и ёмко обозначает эту перспективу:

«Соседство огромной Руси и сильной самостоятельной Литвы объективно делало их историческими антагонистами. Созданная за счёт русских земель, Литовская держава была единственным гарантом безопасности литовского народа перед лицом могучего соседа…

НО БЫЛ И ДРУГОЙ АСПЕКТ: ЭКСПАНСИЯ ЛИТВЫ ГРОЗИЛА ВТЯНУТЬ НЕМНОГОЧИСЛЕННУЮ ЛИТОВСКУЮ НАРОДНОСТЬ В ВОДОВОРОТ ИСТОРИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РУСИ.

Поэтому литовцы должны быть благодарны Дмитрию Донскому, как англичане — Жанне д’Арк. Конечно, возвышение Руси таило опасность для литовской державы, но лишь в отдалённой перспективе. Не умаляя исторического значения и эффекта Куликовской битвы, надо признать, что этой победы Руси оказалось недостаточно для устранения Литвы с занятых ею русских земель. Для русской народности они оказались утеряны навсегда, ибо тут сложились условия для развития самостоятельного восточно-славянского этноса. Это была историческая обида, нанесённая Литвою России, и историческая заслуга Литвы перед будущими украинской и белорусской народностями».

Для современного литовца — это, безусловно, ужасная угроза. Ему страшно представить, что Литва вдруг оказалась не этнографическим музеем под открытым небом, а огромной страной от Балтийского моря до Японского.

Хотя для династии Гедиминовичей, для их перспектив и геополитических амбиций это, конечно, была роковая ошибка. Их держава оказалась нежизнеспособной и вскоре была поглощена Польшей из-за противоречий, которые литовская верхушка легко могла перешагнуть на заре своих завоеваний.

История Беларуси

Утро на Куликовом поле. Дмитрий Донской в роли спасителя литовцев от тяжкого бремени быть историческим народом. В этот момент судьба ВКЛ ещё не была предрешена и могла качнуться в любую сторону. Интересно, что в ходе Куликовской битвы литовский князь Ягайло напал на русский арьергард, в то время как два его родных брата вместе с дружинами сражались бок о бок с московским князем Дмитрием против татар.

Как бы то ни было, литовцы свой выбор сделали. Поэтому их история пошла по известному нам пути, а в XXI веке привела к статусу маленькой, небогатой, но зато европейской провинции в составе империи ЕС. «История Литвы» понятно и логично объясняет, почему произошло так, а не иначе. Давать же оценку их выбору — не наше дело.

А вот сам подход, который связывает прошлое, настоящее и будущее в одну целостную идею, стоит позаимствовать. Только не нужно забывать, что это должно быть наше прошлое и наше будущее, а не литовское, например, или какое-то другое.

sonar2050.org

comments powered by HyperComments

Дмитрий Перс: сказ о том, как поп церковный крест с немецким перепутал
2018-05-19 09:34:03
[…] История Беларуси до «нашей» эры […]
Андрей Сыч: оппозиция в попытках притаится порвет себе штаны
2018-04-11 09:02:24
[…] История Беларуси до «нашей» эры […]
Социальные сети