29 апреля 1920 года исполнилось 100 лет со дня расформирования Пинско-Волынского батальона – единственной в истории Белого движения воинской части, сформированной и действовавшей на белорусской земле. «Его история и сейчас остается малоизвестной (единственное посвященное ему исследование – обстоятельная статья историка А.С.Кручинина, на данные которой опирался автор этой публикации). Причины этого понятны: батальон – не армия, в легендарных, вошедших в учебники боевых операциях участвовать ему не пришлось, а его «национальная принадлежность» не вписывается в рамки современной политкорректности, не позволяя однозначно отнести часть к вооруженным силам того или иного государства. Тем интереснее разобраться в непростой судьбе этого батальона», — говорит в своей статье Вячеслав Бондаренко

Начнем с того, что современный южнобелорусский город Пинск в конце 1918 года был оккупирован германской армией и одновременно входил в состав Украинской Державы гетмана П.П.Скоропадского. Возникновение там небольшого (около  150 человек) офицерского отряда, вероятнее всего, было реакцией на антигетмановский переворот, произошедший на Украине в ноябре того года – т.е. был местной, пинской версией киевской «Белой гвардии, описанной М.А.Булгаковым. Правда, если киевская белая эпопея хорошо известна, а исход ее был трагичен, то Пинский отряд, объединившись с Мозырским, весьма успешно оборонялся от петлюровцев весь декабрь 1918-го. На смену украинской угрозе, впрочем, быстро пришла советская: германцы эвакуировались, а оставляемые ими территории занимала Красная Армия. Полесские добровольцы 23 января 1919 г. дали красным бой у железнодорожной станции Пинск, однако из-за явного неравенства сил отступили к западу от города вдоль железнодорожной линии и вскоре вступили в соприкосновение с передовыми частями Войска Польского. Реакция поляков на русских сначала была настороженной, но затем они все же решили, что лишний союзник, готовый сражаться и с украинцами, и с красными, не помешает. Возможно, сыграло свою роль и то, что командующий польской оперативной группой «Подляшье» генерал Антоний Листовский в прошлом был генералом русской армии. Так или иначе, примерно 10-12 февраля 1919 г. в Кобрине Пинский отряд официально вошел в состав польской армии, сохранив при этом командный состав, русскую форму и запасы вооружения (тысячу винтовок, 8 пулеметов и 3 миномета), причем части было присвоено наименование «Батальон Белорусско-Литовского фронта». Одновременно встречались и более простые названия «Русский легион», «Русская офицерская дружина». Последнее вполне оправдано, т.к. из 200 числившихся на тот момент в батальоне чинов абсолютное большинство имело именно офицерские чины. Командиром части был уроженец Столинщины капитан Антон Бохенский.

     Стоит учитывать, что вся оперативная группа «Подляшье» в то время состояла из 6 батальонов, 5 кавалерийских эскадронов и партизанского отряда, так что фактически русская часть представляла собой одну седьмую всех сил Войска Польского на этом участке фронта. И именно «Русский легион» стал ударной силой вскоре развернувшегося наступления: 19 февраля 1919 г. он выбил красных из Антополя, а 5-7 марта штурмовал Пинск, причем именно русские легионеры вошли в город первыми.

В это время судьба батальона впервые повисла на волоске. Невольной виновницей этого оказалась русская варшавская газета «Варшавская речь», разместившая ряд объявлений с призывами вступать в «русские партизанские отряды». 27 февраля 1919 г. известный польский политик Мечислав Недзялковский дал резкую отповедь этому, заявив, что «боевое братство» русских и поляков не только не нужно, но и вредно. На этом фоне 4 марта был подготовлен приказ о расформировании батальона. Однако А.Листовский был заинтересован в наличии на фронте стойкой и боеспособной части и, чтобы уберечь ее, попросту переименовал в «Пинский добровольческий батальон». Таким образом, сменив откровенно «русскую» вывеску, часть уцелела и постоянно пополнялась людьми – так, на 19 июля 1919 г. батальон насчитывал уже 755 штыков, притом что всего под командованием Листовского на тот момент состояло примерно 4200 человек. «В течение многих месяцев эти люди сражались с большевиками под высшим польским командованием, с польским одноглавым орлом над русской кокардой; батальон принимал участие во всех наиболее тяжелых боях и проявил большую доблесть», — так писал эмигрантский журнал «Двуглавый орёл» о заслугах Пинского батальона.

Впрочем, было бы ошибкой переоценивать лояльность офицеров батальона польскому командованию. Видимо, значительное их число воспринимало свою службу в Войске Польском как временную меру и ждало любой возможности, чтобы влиться в ряды «своих», т.е. белых. Польский автор зафиксировал случай, когда чины Пинского батальона, с воодушевлением слушая новости о летнем наступлении Добровольческой армии на Украине, начали срывать с фуражек польских «белых орлов». Тогда же польская контрразведка с тревогой сообщала о наличии в рядах батальона «около 15 шпионов», которые анализировали ситуацию на фронте «в духе, враждебном нашей государственности». При этом интересно, что в батальоне воевали не только русские, белорусские и украинские по национальности офицеры (в то время все они, как правило, воспринимали себя русскими), но и поляки.

12 июня 1919 г. Полесская группа войск генерала А.Листовского была преобразована в 9-ю дивизию, а вскоре командование над ней принял полковник В.Сикорский, в отличие от Листовского, не испытывавший никаких ностальгических симпатий к русским. Уже 17 августа Сикорский рапортовал о том, что Пинский батальон «небезопасен» и принял решение о его расформировании. Именно в это время в источниках появляется наиболее распространенное наименование части – Пинско-Волынский батальон. На практике получилось, что часть не только расформировали, но и фактически интернировали. Осенью разоруженные «пинцы» под польским конвоем отправились в лагерь Повонзки недалеко от Варшавы, откуда в ноябре были переведены в лагерь Седльце. Можно говорить о том, что это был своеобразный прообраз судьбы интернированных в Польше несколькими месяцами позднее чинов Отдельной Русской Добровольческой армии Н.Э.Бредова: грубое и равнодушное отношение охранников, активная работа вербовщиков, предлагавших вступать в Войско Польское, безнаказанные действия красных агентов. Правда, у «пинцев», в отличие от бредовцев, было отобрано личное оружие, с формы сняты погоны, а с фуражек — кокарды.

Зато и в польских лагерях «пинцам» довелось пробыть гораздо меньше. Уже в декабре 1919 г. началась постепенная переброска чинов батальона в Крым; первый транспорт, по свидетельству мемуариста, бросил якорь в Евпатории 6 января 1920 г.: «В Джанкое генерал Слащов произвел смотр нашему отряду, остался доволен им и велел тотчас же отправляться на позицию, к Чонгарскому мосту». В течение этого месяца из Польши на полуостров успели прибыть около 120 человек; еще около семисот вернулись в Польшу из Румынии из-за отказа румын пропустить их через свою территорию. Возможно, часть этих людей сумела все-таки добраться до Крыма в августе 1920-го, когда началась массовая переброска из Польши бредовцев, а Румыния уже не предъявляла никаких претензий.

  Сильно поредевшему Пинско-Волынскому батальону довелось участвовать в январских боях за Крым под командованием Я.А.Слащова, — точнее, он оборонял железнодорожную станцию Биюк-Онлар (ныне Элеваторная) близ села Новоалексеевка. Можно себе представить, на какой вес ценился тогда каждый штык, если измученный долгим переездом и плаванием батальон сразу же после смотра был отправлен в окопы. Кроме «пинцев», оборону  станции держали Сводно-Чеченский полк (200 шашек), конвой штаба корпуса (100 шашек), три танка и три бронепоезда – т.е. «пинцы» были вообще единственной пехотной частью, защищавшей станцию.

     29 апреля 1920 года история Пинского-Волынского добровольческого батальона официально завершилась – его офицеры, уцелевшие в январских боях, были влиты в состав 50-го пехотного Белостокского полка, входившего, в свою очередь, в состав 13-й пехотной дивизии генерал-майора Г.Б.Андгуладзе (2-й армейский корпус). Полк прекрасно проявил себя в боях, но понес большие потери: так, на 1 августа 1920 г. в его рядах насчитывалось 164 солдата (число офицеров неизвестно).

«Не знаю, кого осудит история, кого оправдает, но мы, сражаясь против большевиков, желали добра только России и считали, что главными ее врагами являются большевики, а не поляки», — эти слова одного из офицеров Пинско-Волынского батальона можно считать ключевыми в истории этой уникальной воинской части. Именно этому батальону было суждено войти в историю Гражданской войны как единственному «белому» воинскому формированию, созданному и большую часть времени действовавшему на белорусской земле; также это единственный пример «белой» части, воевавшей в Беларуси и в Крыму.

 

Вячеслав Бондаренко